ИЗ · ВРЕМЕНИ · В · ВЕЧНОСТЬ

«…Скрупулезно. Корпускульно. Выдавливать. Тебя. Из. Каждой. Мысли….Парцелляты, этот неделимый сухой остаток, лишенный всякого наследства, терзают ливер не хуже воскресных шпор, награждая рокфорными кавернами, кодифицируя окончательную беспомощность, означая окончательную точку, из которой нет возврата. «Рыцарь был лишен достоинства и гербов — от этого и его последующие прозвище «Пустой плащ»». Тебе не нравится такой пролог. Ты оскорблено сводишь надбровные дуги отворачиваешься от двусмысленных метафор, хочешь задернуть драпри, а попросту – сбежать. Опечатать ложу, покинуть бесцеремонный спектакль. Но не тут то было. Здравствуй, Маленький Принц, это я, Аз Есмь и пребуду -  единственный предназначенный тебе гость, суженый-ряженый, Альфа и Омега, круг внешний и внутренний шепчу тебе в облаке горького миндаля неопознанные слова на диковинном наречии, которых ты рассудительно боишься касаться. Я явился на мглистых крыльях затмения в час суда Марса по енохианскому календарю при бескровной Луне в бдительном плаще звездочета, чтобы разорить твою игрушечную планету – растереть хвастливые рельефы в вульгарный аптечный порошок; опрокинуть на промасленный холст реки, озера, перистые и кучевые облака, очертив этой драгоценной эмульсией хмурые донжоны заколдованного замка (Grisail опийных фантомов не создаст картины лучше); хитро выдохнув ртутные пары трижды взмолиться «Адармапагон..Хардат!», как молят о пощаде, когда дело доходит до ножа, аспидом проникнуть под стеклянный колпак для усекновения головы возвещенной Розы Сарона. Я пришел из пустыни с карманами полными песка и неразменных монет. Блаженные миражи не посещали меня и ворон не подносил пищи. Я ношу печать энтропии, как знамя очистительной войны. Посмотри в мои глаза, как в два синих мира и покажи мне свое Незаживленное Место. Пусть все вокруг кружится, запутавшись в антиномии космического лабиринта под бравурные вальсы Штрауса и марши Хорста Весселя, пусть линяет и ламентирует в доменном зобе обрюзгшего  василиска опоясанный желчью и бесполезными сутрами пришлый бред. Мы кого-то ждали и некто ждал нас, но намерения не совпали и мечты сбылись неправильно. «Кровли домов наших будут кедры, потолки наши – кипарисы». Приди ближе, милый и увлеки меня. Будем любить друг друга способом mea culpa.»

«Я уже давно покончил с Богом и Дьяволом. Они были для меня всего

лишь человеческими изобретениями, используемыми безбожным, безжалостным

большинством, чтобы подавлять и эксплуатировать доверчивое и наивное

меньшинство. Я хотел не иметь ничего общего с этой лживой общественной моралью.